Иду Прибайкальем, иду по России,
Уже итанцинцы хлеб а покосили,
Уже засыпает дороги листва,
Пора отдохнуть бы немного, пора,
Да клюквенный запах торопит и манит,
А вслед и кедровник зовет неустанно—
Дорогой, дорогой, дорогой вперёд.
Зима ненапрасно торопит народ.
Уже рыбаки завершили путину,
Последний турист побережье покинул.
Везёт, надрываясь, кругляк лесовоз,
Идёт непрерывно по трассе извоз.
Иду Прибайкальем. Взбираюсь на гору.
И вдруг моему открывается взору
Творение зодчих—торжественный храм.
Не сломлен в угоду разбродным годам.
В период неверья на время забыт,
И снова воскресший, как Феникс, парит.
Но я поспешаю на берег, к Байкалу.
И вот предо мною простор величавый:
Песчаные пляжи и лиственниц платья,
Синеющих гор вековые объятья.
И воздух! Настоен на хвое и бризе.
Байкал синеокий велик, но капризен.
Пока что затишье. И дремлет Гремячинск,
Устав, отдыхают сосновые дачи.
Дорожки в песочке, хрустящем снежками,
Искрятся на солнце, пылают, как пламя.
Иду Прибайкальем, с природою вместе.
И рвётся наружу знакомая песня
О сказочном крае, о дебрях могучих,
О ягодных марях, о каменных кручах,
О счастье, что нам без труда не даётся,
О море, который священным зовётся,
Да осень у ног пораскинулась шалью.
Люблю Прибайкалье! Пою Прибайкалье!