Костер выплескивает вверх очередную порцию искр, а ветер выбрасывает на берег такую же порцию брызг. Я в этом нахожу какое – то сходство. Дрожу от холода, только что выскочив дельфиненком из воды и прижимаюсь к костру, поворачивая к теплу то живот, то ноги. Мои друзья – второклашки следуют за мной. Байкал таких шалостей не любит.

К знакомой бабушке в гости приехали два внука примерно нашего возраста. Дул такой же ледяной ветер. На берегу горел костер. Детская одежда лежала рядом. А детей не было. Их потом найдут через месяц далеко от этого места. А мать и бабушка целыми сутками будут ходить по берегу и искать их. Мать, потерявшая обоих детей, лишится рассудка. Мы же, с рождения привыкшие быть наедине с природой и с самими собой, рано научились плавать и добывать себе еду, помогая рыбакам тянуть из воды невод, за что получали по омулю. Его здесь же жарили на рожне и, насытившись, отправлялись в лес.

Лес и море! Два чуда природы, которые вошли в меня божественной музыкой и не покидают до сих пор. Природа Сибири! Первозданная, девственная!

В юности у меня родятся такие строки:

«Завтра снова пойду в край,

Где шепчет тайга, где еще никогда

Не ступала нога».

Считать себя частицей этого мира благоухания, этих запахов тайги и моря стал по – настоящему, когда мы переехали с семьей на рыболовецкий пункт Таланки, куда можно было добраться только водным путем (18 км.), и по берегу пешком в тихую погоду, а в штормовую – в обход по горам (32 км.). Именно в Таланках, где мне было 12 лет начали сплетаться слова в какие – то первые узелки не очень крепкой вязи. Возможно с рождения в мою душу вошла русская народная песня. Заучивал те, которые звучали по радио, уходил в лес и орал их во все горло. Никто не мешал. Солнышко струилось сквозь деревья белесыми нитями, выхватывая пятнышками ягодники морошки, толокнянки, брусники, голубики, малины, смородины, - моих слушателей. Собирая грибы и ягоды, все пел. Вдруг вместо известных откуда – то пробивалась незнакомая, рожденная в моей головенке мелодия, а чтобы она не затерялась в извилинах ума, пристраивал к ней слова. И рождалась песня. Я ее кому – нибудь напевал. Меня хвалили за то, что выучил по радио новую.

В поселке было не более пятидесяти человек. Здесь работала начальная школа, а я учился в 5 классе в далеком селе Гремячинск, до которого надо было шагать более трех десятков километров. После учебы в субботу я шел домой с малокалиберной винтовкой по горам. Встречал медведицу с медвежатами, но мы расходились мирно. Встречал и других зверей. И хотя стрелял хорошо, оружие ни разу не применил. В праздники любил готовить родителям подарки. И вот к 7 ноября купил расписной поднос. Как мне нравились необычные нарисованные рукой мастера изумительно красивые цветы! Я нес его как великую ценность. Думая, как же я удивлю родителей! Они и вправду радовались подарку. Зная, что никто, кроме меня, как мне тогда казалось, не сделает на рыбпункте праздник интересным, собрал детвору, какая была, украсили ворота, ведущие на территорию рыбоприемного пункта. Наверху плакат «40 лет Октября!». Впервые написал красками. Подготовили и поставили концерт, где я на «бис» пел «Орленка». Эту песню я должен был петь на районном смотре, но ушел домой. Тогда директор школы меня отчитал на линейке, но мне куда приятнее был не смотр, а добрые слова рыбаков.

Поселок Таланки стоял вдоль песчаного берега, от него вглубь, в распадки гор, уходила тайга, куда отец брал меня на «солонцы». Это охота на сохатого. Так сибиряки называют лося. На дереве метров пять от земли делали лежку, на которой без движения сидишь, вслушиваясь в шорохи леса, «Зато тайгу я сердцем постигал».

Да комары кусали подлецы,

А мне пошевелиться невозможно,

Чтоб лось пришел на наши солонцы.

Но было завтра

И еще не мало

Красивых дней наедине с тайгой,

Мне запах трав

И многое досталось

От детских лет, подаренных судьбой...

А потом жизнь рассудит по – своему и уведет меня от Байкала. Правда, ненадолго. Надо будет закончить среднюю школу в районном центре. Потом комсомольская путевка снова в Гремячинск, где я учился, но теперь уже был учителем и старшим пионервожатым. Создаю женский народный хор, а в школе – ансамбль «Голубая волна». Начинаю изучать историю села, пишу статьи в районную газету, а для двух коллективов сочиняю песни.

Как неплохого пионервожатого республики направляют на работу в знаменитый лагерь «Артек». После возвращения со стажировки – в армию.

Я опять укладываю вещи

В небольшой дорожный чемодан,

За окном свирепо ливень хлещет

И метет по лужам ураган.

Что – то шепчет добрая старушка,

Милая застенчивая мать,

Я киваю головой послушно,

Чтобы слез ее не вызывать.

Не печалься, дорогой папаша,

Ждите писем, я не подведу,

Я продолжу жизнь большую вашу,

Я по ней с достоинством пройду.

А когда осыплет цвет черемух

Ваши отдаленные края, -

Вот тогда с женою и семьею

К вам автобус привезет меня.

Служа на Тихоокеанском флоте, принимал активное участие в художественной самодеятельности, в различных конкурсах. В одном их них надо было придумать стихотворную подпись к рисунку, где я неожиданно для себя занял призовое место и получил подарок от газеты «Тихоокеанская правда». После армии снова работа в школе в качестве завуча. В это время встретил свою любовь с Кубани, которая смогла убедить меня переехать с семьей на Кубань.

Новые люди, быт, культура... Необычен уклад жизни казаков – все это обрушилось на меня новыми ощущениями, красками, восторгами. Одним словом – запад! Степенность и размеренность жизни сибиряков сменилось казачьим стремительным «бегом марафонца». Надо было вживаться, вникать, и я начал с изучения истории казачества. Станица Архангельская – одна из богатейших станиц своею историей, культурой казачества, его разными традициями. Казаки служили в «краях порубежных» и имели стойкий дух веры за царя и Отечество. В течение пяти лет были собраны уникальные экспонаты и создан историко-краеведческий музей, которому присвоили звание «народный». Позже из него выделится музей семьи Самарских. Но литература не отпускает меня ни на минуту, хотя в семье уже двое детей, ведется строительство дома... Сотрудничаю в районной газете, куда время от времени высылаю рассказы, очерки, статьи. При газете регулярно посещаю литературное объединение «Родник».

Я в Тихорецке первый раз,

Сюда привез автобус дальний.

Я в этом городе, как странник,

Он предо мной – как на показ.

Однако не теряю связи с родиной. Мои друзья держат меня в курсе всех событий, просят написать историю села. Я выполняю их заказ. Там же объявляется конкурс на создание гимна Прибайкалья, где сочиненный мною гимн становится официальным гимном и звучит на всех значимых торжествах. Выходит несколько сборников стихов, пять дисков песен. Имея кое – какие певческие навыки, участвую в общестаничном хоре «Кавказ», выезжаем на гастроли в Абхазию и по станицам района. При школе организую литературное объединение. Регулярно издается газета «Соловушка», выходит детский журнал «Гаврюша». Толчком в совершенствовании литературного творчества была работа в партийном кабинете колхоза «Советская Родина» и создание Краевого методического центра лекционной пропаганды. Работа с лекторами, выпуск сатирической газеты «Посмотри на себя со стороны», подготовка печатной продукции на отделения и полевые станы, работа на передвижных агитпунктах заставляла много работать над собой и над словом. Выходят сборники рассказов «Остаться самим собой», «С открытым сердцем», «А земля березовая», буклет «Здравствуй, Байкал!». Время от времени бывал на родине. В 2006 году был приглашен для участия в республиканском марафоне «Книга в пути», где презентовал двухтомник «История Прибайкалья». Побывал в нескольких районах, выступал перед большими аудиториями со стихами.

Сосновую весточку, символ таежный

Я в поезде вез, как хрусталь осторожно.

Чтоб нежных иголочек рой не нарушить

Легко вынимал, выставляя наружу.

В 2008 году в передачах «Голос России» по радио прозвучали 3 моих очерка о Байкале и Кубани. В Кубань вжился всем сердцем, но запах сосен и баргузинский ветер нет – нет да прорвутся в стихах.

Положительно приняв критику своих стихов на краевом семинаре, стал внимательно и вдумчиво относиться к поэзии, хотя не считаю это главным в своем творчестве, более тяготит меня к исторической литературе.

Считаю наиболее удачными книгами на исторические темы, это повесть о семье Самарских «Род и его корни» и многолетний труд над книгой, которая вышла в конце 2008 года «Станица Архангельская: годы и люди» к 215 годовщине со дня основания одной из старейших станиц Кубани.

Значительную помощь и поддержку в работе над стихами постоянно получаю, участвуя в региональном литературном объединении «Родник» и межрегиональном объединении «Мозаика Юга». В 2010 году вся литературная общественность Кубани отметит 100 - летие со дня образования первого литературного объединения, которое было создано в станице Архангельской на станции Малороссийской двадцатидвухлетним телеграфистом Иваном Молодцовым. В издательстве «Донской писатель» выходит мой новый сборник стихов «Переливы». Имея две родины: свою и сына (Сибирь), жены и дочери (Кубань), получаю подпитку моим духовным силам. Эти два замечательных уголка великой России равнозначны и одинаково дороги мне, как необычайно дорог запах кубанской нивы, так и пенье смолянистых сосновых веток.