Виктория Павловна – директор школы, заслуженный человек при всех регалиях. Муж покинул божий свет уже давно, дети повырастали и поразъехались, и в большом доме, который она обустроила по самым высоким правилам современного классицизма, живет одна. С этим одиночеством основательно свыклась. Ужасно устает на работе и, когда приходит в свой комнатный дендрарий, находит покой почти физический... Как в доме, так и во дворе у нее много цветов, за которыми она ухаживает как парень любимый за девушкой. В пределах усадьбы живут в блаженстве и барских условиях 5 -6 кошек разных пород и мастей. Стоит ей появиться, как просительные нахальные глаза устремляются на хозяйку, мол, вот мы – твои и нам нужна колбаса, можно и рыбку. Путь в дом кошачьему братству категорически заказан! Хотя двор и дом Виктории Павловны кишит мышами, они, эти вальяжные принцессы будто мышей и не замечают, а тут невесть откуда появились «инопланетяне» - тараканы! Их столько много и такие умные, глядят стекляшками глаз из разных щелей, когда их «благодетельница» появляется на кухне. Что делать? Как избавиться от татаро – монгольского нашествия мышей и тараканов? Неизвестно. И вот кто – то из учителей посоветовал купить специальный клей, намазать им какие – либо плоскости и расставить на «караванных» тропах.

Виктория Павловна после полудремной ночи так и сделала. Спать она не могла из – за топанья мышиных мустангов. Поднялась рано, чтобы проверить действенность рецепта. Пройдя из спальни в зал, она издалека услышала тонюсенький писк, будто пар из носика чайника, но он был прерывистым. Подошла к одной из расставленных ловушек и увидела мышь, чьи лапки прочно удерживал клей. Боясь оторвать ей ножки, хотя Виктория Павловна и зла была на них, но не живодер. Как никак повелитель детских душ, она тряпочкой ухватила преступницу, ножом отковырнула клей у лапок и отнесла на суд кошачьих вандалов. Привыкшие к барским разносолам, те брезгливо отошли от брошенной к их лапам жертве и отпрянули как от проказы. Зато соседский кот, которому часто перепадала холява, одним прыжком достал серый трясущейся комочек и с ним мгновенно исчез. Виктория Павловна начала выдвигать другие расставленные предметы и обнаружила на них десятка два буро – коричневых тварей. С ними она не церемонилась.

С чувством важной выполненной миссии и оторванных от сердца сталактитов, она облегченно шагала в школу. Следующая ночь оказалась сплошным кошмаром, хотя все начиналось мирно.

После принятия душа и трапезы директриса просмотрев «Дур-Дом – 2», как она выражалась. Выключив телевизор, утонула в блаженном сне.В какой – то самой сладкой фазе его, она всем своим существом вздрогнула и в миг открыла глаза. Темно и жутко. Оттуда, из кухни: «Бух! Бух! Бух!...» Пауза.

- Воры! - прошила мысль. Однажды в ее отсутствие уже проникали в дом воры, вынесли все ценности: золото, серебряные украшения и радиоаппаратуру.

- А что же они в кухне могут взять? - подумала.

- Бух! Бух! Бух! Пауза.

- Да что же там происходит?

Акустика в пустом доме такая, что грохот казался орудийными залпами. Виктория Павловна в нижней рубашке осторожно сползла с кровати, подползла к стенке и, чтобы ее не грохнули в дверном проеме по голове, поползла по стенке до другого дверного проема. Грохот усиливался, она доползла до третьей дверной рамы, где звуки были совсем рядом, немея от страха, еле поднялась с потертых колен, выпрямилась и стала шарить, ища выключатель. Разом вспыхнула лампочка, показавшаяся ей прожектором военного времени, но она, превозмогая ожог светом, вцепилась глазами в обстановку кухни, грабителей не было, только посредине кухни сидел кот, невесть каким образом сумевший прошмыгнуть вечерним часом и затаиться до пары до времени. Передние лапы его намертво вросли в алюминиевую крышку, которая была намазана клеем. Кот мог передвигаться, поднимаясь на задних лапах. Он делал прыжок и с грохотом опускаться на передние. Отдыхал и снова совершал прыжок, но никуда не мог деться и теперь просил прощения и спасения. Виктория Павловна начала медленно оттаивать и приходить в себя. Ей было смешно, грустно и обидно на себя за то, что она, такая властная и сильная женщина на работе, оказалась такой жалкой и трусливой. Она была один на один с котом, которому она так сочувствовала, будто ее занемевшие руки и ноги были в клее по самые локти и щиколотки. Она отрешенно смотрела на кота, а он на нее. Мысли у них были одинаковые: «Это еще не конец! Жизнь продолжалась».